Дух Четыредесятницы


«Душеполезную совершивше Четыредесятницу, и святую седмицу страсти Твоя просим видети, Человеколюбче, еже прославити в ней величия Твоя, и неизреченное нас ради смотрение (домостроительство) Твое». Духовное несовершенство приносит нам страдания. Грехи исподволь разрушают духовную жизнь человека, трансформируя его личность. Контраст между Славой Божией и собственной греховностью для человека, ищущего Бога, становится все более очевидным. И по мере того, как человек проходит путь Великого поста, дух его приближается к осознанию и принятию жертвы Христа на Голгофе.

Совершение поста – дело веры. Во время Четыредесятницы человек особенно сосредоточен на своей внутренней духовной жизни: на осмысление не только одной лишь греховности, но, в первую очередь, на путь её преодоления. И человек, совершающий Четыредесятницу, Великий пост, всё больше проникается мыслью о том, что Христос был предан и распят за наши грехи, болезнует духом, но после сполна вознаграждается любовью Христовой. Душа, пребывающая в покаянии, сокрушаясь о своей немощи, испытывает крайнюю нужду в Боге. Она учится жизни у Слова Божия, подчиняет разум Христовой вере, вменяет любовь в основу своего бытия. В ожидании милосердия Божия и дара спасения, совершая эту Четыредесятницу, человек совершает и необходимую жертву Богу: «жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс. 50:19). Такую же жертву принес Отцу Небесному и Христос, молящийся в Гефсиманском саду.

Наши страсти о наших грехах в Великом посту уже осмыслены. Впереди – соучастие страстям Господним, Страстная седмица, когда нам надлежит осмыслить страдания Спасителя и сквозь призму жертвы Христовой увидеть Божие промышление о человеке. Мы зовем Бога Светом, Жизнью, Воскресением. Но главное имя Бога для каждого из нас – Любовь: по избытку человеколюбия Бог стал человеком. Его Любовь дарует нам огромное пространство для жизни уже сейчас, на земле. Но есть у Бога и ещё больший дар для человека – тот благостный дар Вечной жизни, ради которого Христос принял на Себя все грехи мира и принял смерть. Потому каждый миг нашей нынешней жизни возвеличен искупительной жертвой Христа, в которой мы однажды приходим к покаянию и исповедуем Бога ради жизни в Царствии Небесном. Но прежде, чем этот дар Бога человеку стал возможен, Спаситель, преклонив колени и сокрушаясь духом, молился: «Отче! о, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! впрочем не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк. 20: 40-46).

Иоанн Дамаскин так трактует молитву Спасителя: «Господь сообразно Своей человеческой природе находился в борьбе и страхе. Он молился, чтобы избежать смерти. Но так как Его Божественная воля желала, чтобы Его воля человеческая приняла смерть, страдание стало вольным и по человечеству Христову». В Гефсиманском саду скорбела и противилась смерти Его человеческая природа. Безгрешная природа Богочеловека не должна была подлежать смерти, смерть неестественна для Бога. А потому принять крестную смерть за человечество Христос должен был только по Своей воле. Много раз Иисус уходил, незамеченный преследователями, но вот, помолившись на Елеонской горе, Он Сам выходит к ним, сопровожденным Иудой, и спрашивает: «Кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея… И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали» (Ин. 18:4). Происходит чудо: Иисуса не узнают при свете факелов, и все же Он Сам отдает себя на мучения и смерть. Потому что мир не имеет в себе той истины, которая открыла бы человеку настоящую цену вещей; только один закон дает ясное определение тому, что есть грех, что есть благо, что есть что, – это закон Евангельский.

Распятый Христос вместе с грехами мира принял на Себя и все горечи мира, оставив человеку радость воскресения. Предваряя Свои страдания и Собственное воскресение, Христос воскрешает своего друга, трехдневного Лазаря, чтобы явить миру будущность духовного бытия человечества. Лишь в будущем веке будут существовать истинная жизнь или истинная смерть – они не смогут изменяться или сменить одна другую. Имея веру во Христу, о них не нужно будет заботиться вовсе. Пока же нынешнее мироустройство сводится к тому новому, чему научил нас Христос: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы любите друг друга; по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:55).

Татьяна Нилова